?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Воспоминания командира 1-й батареи 2-го артдивизиона Курильского крепостного полка лейтенанта Миура Сабуро (三浦左武郎), командовавшего орудиями 105 мм Тип 38, расположенными на Четырехгорье (Сирэй). Описывается ситуация перед боем, само сражение и отступление остатков  отряда артиллерии из подземелий Четырехгорья   к своим после того, как наши десантники захватили высоты.
Воспоминания японские, писались для японцев же, соответственно местами присутствуют  некоторый пафос, беспощадное превозмогание, толпы набегающих и гибнущих во множестве гайдзинов.  Ход боя с японской стороны передан достаточно хорошо, но только для артгруппы 1-й батареи, практически без упоминания об остальных участниках обороны высот,  и в наличии имеется большое количество различных подробностей, которые могут заинтересовать исследователей.
Продолжение серии воспоминаний японских артиллеристов  из  книги “История 2-го артиллерийского подразделения  91-й дивизии на Севере Тисима”, написанной  Ямаучи Кадзуоми.


Бой 100-мм артиллерийских орудий у горы Сирэй на острове Шумшу (占守島四嶺山における十加の戦闘)


     Наша батарея 100-мм орудий была придана 282-му отдельному пехотному батальону, на который была возложена оборона района Кокутан на острове Шумшу, основной задачей батареи являлось подавление флота противника в случае его приближения к побережью, так как предполагалось, что американцы могут высадить десант в районе устья реки Тоёки-гава и на побережье Такэда-хама. Поэтому один артиллерийский взвод из состава батареи (два 100-мм орудия типа 38) оборудовал позиции на северо-восточных склонах горы Сирэй, еще один взвод дислоцировался на возвышенности в районе мыса Кодомари-саки.

     Весной 1945 г. характер боевых действий дивизии значительно изменился. От тактики уничтожения противника на побережье перешли к глубоко эшелонированной обороне с целью ведения изматывающих действий, не позволявших противнику проникнуть вглубь сухопутной территории. Поэтому было принято решение оставить одно 100-мм орудие на склонах горы Сирэй под прямым управлением командира дивизиона, остальные три орудия установить на горе Тэнсин под начало командира взвода поручика Нагаи и в Титосэдай под начало командира взвода подпоручика Кокава. Я командовал отрядом из 37 человек, сержантов и солдат, в том числе и группой управления артиллерийского дивизиона.

     В связи с изменением тактики действий задача батареи 100-мм орудий, располагавшихся у горы Сирэй, заключалась в уничтожении противника в полосе наступления от Такэда-хама до возвышенности Дайкандай (до высоты 115 м). Поэтому огневые позиции были перемещены на южные склоны горы Нантай (высота 170 м), на склонах были отрыты пещеры, оборудованные в огневые позиции для орудий. Местоположение было выгодным: позиции оборудованы на достаточно высокой точке, откуда можно было вести наблюдение за значительными площадями и вести эффективный огонь по противнику. Кроме того, со стороны Такэда-хама эти позиции было трудно обнаружить, что было выгодно с точки зрения маскировки. Поблизости была вырыта пещера для оборудования командного пункта для отряда Мураками.

     Артиллерийская позиция имела 4-метровую амбразуру, глубина пещеры около 5 метров. Согласно плану оборудования позиции, от места расположения орудия к месту наблюдения должна была быть отрыта траншея, однако работы были выполнены примерно на 60% и не были доведены до конца в связи с началом боевых действий.

     15 августа я вместе с командиром Мураками в радиопункте на горе Футаго услышал по радио содержание указа о прекращении боевых действий. На следующий день, 16-го числа, мы начали собирать боеприпасы на позициях и свозить их на берег реки Тоёки-гава, однако несколькодней спустя, как ни странно, нам пришлось эти боеприпасы снова поднимать на склоны гор к орудийным позициям. 5-я батарея 2-го артдивизиона 150-мм орудий (командир поручик Ёситакэ) располагалась в казармах у подножья горы Сирэй. 17 августа после того, как были сожжены расчетные артиллерийские таблицы и секретные документы, во время ужина всем были розданы сладости и сакэ, от которых мы давно отвыкли, и после приятно проведенного времени все легли отдыхать.

     Поздно вечером, около 23 часов, неожиданно мы получили сообщение, что советская артиллерия открыла огонь со стороны Лопатки по мысу Кодомарисаки. На мысе Лопатка советская дальнобойная артиллерия располагалась давно, 14-го числа их орудия сделали около 80 пристрелочных выстрелов по танкеру, севшему на мель в районе мыса Кодомари-саки. В этот раз я подумал, с чего бы это вдруг они устроили ночную пристрелку, вышел из казармы, чтобы выяснить ситуацию, но по какой цели ведется стрельба – было непонятно.

     Вскоре после этого послышался резкий звонок телефона: из штаба отряда Мураками пришел приказ немедленно выдвигаться на артиллерийские позиции. Как же так, ведь объявлено об окончании войны, что означает эта атака..? ...Эти ненавистные русские... Я помню, как откуда-то из глубины души во мне восстала ярость, тут же объявил тревогу для подчиненных. Собрав личный состав перед казармой, я кратко довел ситуацию и приказал действовать всем без спешки, как учили этому в обычное время. Затем в составе подчиненного мне подразделения выдвинулся на высоты к месту орудийных позиций.

     В районе горы Сирэй пока было тихо, но атмосфера вокруг была наполнена звуками пушечной канонады, раздававшейся откуда-то издалека, и шумом сапог солдат, бежавших на позиции. Изредка ночное небо метеоритом рассекали осветительные ракеты.
Из-за того, что позиции оборудовались в спешном порядке и не были полностью готовы, отряду обеспечения под командованием унтер-офицера Короку предстояло выполнить тяжелые работы по дооборудованию. Из всех незавершенных работ самыми важными были работы по расширению сектора обстрела, без этого ведение артиллерийского огня из пещеры было невозможным. На глазах противника мы взялись за работу, ценя каждую секунду. Все работали на пределе сил. Предстояло выполнить колоссальную работу: раскопать и перетаскать грунт в объеме 500 кубометров.

     Дальнобойная артиллерия противника перенесла огонь на гору Сирэй, один за другим стали раздаваться гулкие взрывы. В 2 часа ночи с позиций капитана Ёситакэ из 150-мм орудий был открыт ответный огонь по артиллерии на мысе Лопатка. Стоял невообразимый грохот артиллерийской канонады, казалось, земной шар соскочил со своей оси вращения, было ощущение, что кровь по жилам потекла в обратном направлении. В такой ситуации мы стали еще быстрее делать земляные работы и смогли закончить подготовку к ведению огня скорее, чем планировалось.

     В 4 часа утра ночное небо стало постепенно светлеть, но густой туман продолжал стелиться по всей территории. Только со стороны Такэда-хама неслись звуки жестокой артиллерийской перестрелки, но определить, какой противник и где он находится, было невозможно. Нас всех одолевало желание поскорее вступить в сражение, но стрельба в тумане была чревата попаданием по своим войскам, нам ничего не оставалось делать, как смириться и ждать, когда рассеется туман.

     Тем временем поступила информация, что немногочисленные отряды пехоты противника, прорвав первую линию обороны наших войск, продвинулись к горе Нантай. Едва мы с тревогой успели подумать, что враг придвигается, как вдруг заметили, что нашу позицию обстреливают из стрелкового оружия. Оглядевшись по сторонам, мы заметили 4-5 вражеских солдат, которые с вершины горы Нантай палили в нашу сторону из автоматов ППШ. Несколько мгновений спустя они отступили, но нам стало ясно, что линия боевого столкновения вплотную приблизилась к нашим позициям. Группа наблюдения дивизиона, которой командовал старшина Косуги, вместе с группой наблюдения под командованием   унтер-офицера Нагаи вела наблюдение у подножья горы и сразу передала сигнал тревоги.

     Из-за тумана побережье Такэда-хама по-прежнему не просматривалось, поэтому артиллерийские орудия были развернуты в направлении на высоту 115 м. Когда производилась разведка той местности, появились разрывы в тумане, в которые стали видны места сосредоточения пехоты противника. Противник малыми группами продвигался сквозь заросли кустарников в направлении на Дайкандай. Вот наконец-то долгожданный противник объявился, вот-вот наступит наша очередь вступить в бой. Все едва сохраняли терпенье. Ну, что ж, начинаем! «Дальность 2000, огонь!» - вместе со словами команды раздались первые выстрелы пушек.

Японское 105 мм орудие Тип 38, район Четырехгорья

865и-1.jpg

      Эффективность огня трудно было определить из-за клубов порохового дыма, но было видно, что из-за неожиданного залпа противник пришел в замешательство и стал разбегаться по сторонам. Пользуясь этим замешательством, мы открыли беглый огонь.
На высоте 115 м было подготовлено несколько позиций в виде бункеров для 150-мм орудий для обстрела морского побережья. Эти укрытия были достаточно просторными, т.к. в них размещались орудия. Солдаты противника, пытаясь укрыться от нашего артиллерийского огня, метались в кустарниковых зарослях. В поисках укрытия многие солдаты бегом приближались к нашим траншеям. Для нас они стали идеальной целью. Для огня прямой наводкой направление определено точно. Тщательно измерили дистанцию, для надежного поражения одним выстрелом зарядили шрапнельные боеприпасы. Залп прямой наводкой произвел значительный эффект. Многих вражеских солдат взрывной волной подняло в воздух и снесло, а те, которые остались в траншее, все были уничтожены.

     От подобного эффекта наш боевой дух необычайно возрос, мы ловили солдат противника на мушку и обдавали артиллерийским огнем, стараясь полностью задействовать мощность 100-мм орудий, смогли нанести противнику значительный урон.
В разгар боя в промежутках между артиллерийскими позициями появилсятанковый отряд 11-го танкового полка под командованием полковника Икэда. Мы узнали, что командир полка отдал приказ танкистам поддержать огонь артиллерии, и искренне желали оказать мощное сопротивление, но в последующем нам поступила информация, что противник применил базуки (ручные противотанковые гранатометы), и развязалась трагическая битва, оставалось только глушить в себе тихие слезы.

     Примерно после 10 часов утра звуки выстрелов 100-мм орудий слились в единую канонаду. Перед пещерами слышалась оглушительная пальба, по укрытиям носились взрывные волны. В этот момент находившийся рядом со мной наводчик орудия Цукамото Сиро (родом из уезда Момбэцу, Хоккайдо), работавший с орудийным прицелом, вдруг полетел кубарем. Осколок вражеского снаряда попал ему в правую сторону груди, кровь хлынула из раны, тень смерти накрыла его лицо. Я невольно стал кричать: «Цукамото, держись!», попытался подхватить его и поднять, но в этот самый момент почувствовал тяжелый удар по собственному телу и уже сам не смог удержаться на ногах.

     Оглядев себя, я обнаружил торчавший в левой нижней части живота снарядный осколок, напоминавший наконечник копья. Я сразу же его вытащил, зажал рану рукой, попытался сделать перевязку, но кровь продолжала течь, я почувствовал слабость, холодная дрожь, не переставая, сотрясало мое тело. Некоторое время спустя ко мне подскочил санитар, сделал укол камфары, наконец-то я пришел в себя. Рана на какое-то время перестала кровоточить, и я сев на землю, продолжал управлять боем.

     Противник, сосредоточившийся на склонах горы Сирэй, предпринял несколько попыток атаковать для продвижения в направлении на вершину горы Нантай, но наши пехотные подразделения, развернутые поблизости, своими эффективными действиями препятствовали продвижению противника. Существенную поддержку этим действиям оказала зенитная артиллерия, чьи позиции располагались на возвышенности прямо перед горой Нанатай. Зенитные орудия вели непрерывный огонь в горизонтальном направлении, нанося огромный ущерб противнику, мы были благодарны зенитчикам за поддержку.

     Нам же приходилось вести бой с противником, который приблизился вплотную к нашим позициям, а выискивать противника на дальних подступах и вести по нему огонь уже было невозможно. Вести огонь по приблизившемуся противнику из пещеры уже было бесполезно, поэтому мы выкатывали орудия из пещер и били прямой наводкой. Однако у орудий была слабая маневренность, вести огонь было крайне сложно, даже если можно было хоть чуть снизить угол наклона ствола, прицеливание было бесполезным, поэтому оставалось только шрапнелью по склонам гор, где рассредоточились солдаты противника. В результате приходилось вести беспорядочную стрельбу по противнику, который находился под траекторией полета снарядов.

     В разгар боя мы услышали сообщение, что в результате атаки пехоты противника со стороны вершины горы Нантай, находившейся в тылу наших позиций, командир группы наблюдения старшина Косуги Тораносукэ (выходец из г. Муроран, Хоккайдо) получил проникающее ранение в голову и погиб смертью храбрых, для поддержки отряда наблюдения было направлено 7 человек из состава инженерной группы, из них 3 человека (имена не известны) погибли. Мы с глубокой скорбью переживали это известие, оставалось только молиться об упокоении душ погибших.

Погибшие в бою на склоне высоты 165

453-1.jpg

      В ходе яростной битвыпозиции на склонах горы Сирэй несколько раз переходили то в одни, то в другие руки, бой приобретал затяжной характер, к вечеру стал еще более ожесточенным.

     Противник, не сумев развернуть наступление на вершину горы, подтянул огнеметные системы. Показались мощные струи пламени и клубы дыма. Если не подавить эти огнеметные системы, тогда ситуация неизбежно изменится в пользу противника. У нас в распоряжении были только боеприпасы, которые оставались на позиции, поэтому, используя весь боезапас, мы открыли ураганный огонь. Было неясно, подавили ли мы огнеметы противника, но то, что продвижениеостановилось, было очевидным, мы могли перевести дух.

     Несмотря на то, что наши войска оказывали ожесточенное сопротивление и противник нес тяжелые потери во время продвижения к вершинам гор, атаки раз за разом продолжались, мало-помалу противник занимал промежуточную между позициями территорию. Вражеские солдаты приблизились на расстояние 20-30 метров. Для наших орудий это были оптимальные условия для огня прямой наводкой. Но боеприпасы закончились. На руках только винтовки. Вражеская лавина приближалась к позициям, спустя некоторое время перед нами показались их огромные фигуры. Даже солдаты, не обученные стрельбе из винтовок, могли легко попасть в цель. Один упал, второй... – считая вслух поверженных противников, наши солдаты вели ружейную стрельбу.

     Противник приблизился на расстояние, когда я мог уже стрелять из пистолета.Я приготовился к рукопашному бою, который был неизбежен, похоже, продвижение противника ничто не могло остановить. Время ожидания жуткой схватки тянулось бесконечно. Пользуясь этими мгновениями, я подумал: хватит жертв, и отдал приказ всем своим подчиненным отступить к пещерам. Все смогли благополучно отойти в укрытие, время шло к закату солнца.

     Пещера была оборудована тремя выходами. Мы находились у самого нижнего выхода. Чтобы предотвратить дальнейшее продвижение противника, мы оставили несколько пехотинцев для охраны у входа. Той ночью мы не могли даже вздремнуть, наверное, от того возбуждения, полученного от сражения, к тому же из пищи у нас были только рисовые лепешки, оставшиеся от ужина накануне. Не было и воды. Но, как ни странно, чувство голода не одолевало.

      Ночью следующего 19-го числа мы собрались с солдатами отряда Мураками и при свете едва теплящейся свечи обсудили предстоящие действия. В результате совещания решили в полном составе прорываться сквозь боевые порядки противника, даже если это будет сопряжено с гибелью.

     Завершив подготовку к прорыву, провели разведку местности за пределами наших позиций и вдруг обнаружили, что на возвышенности, где находились наши  зенитные подразделения, вывешен белый флаг. Ситуация была непонятной, мы с недоумением пытались разобраться в том, что же такого необычного там произошло. Неожиданно приказ на прорыв был заменен на приказ на отступление, назначенное на 22 часа.

     Тяжелораненным, неспособным самостоятельно передвигаться, раздали ручные гранаты, предоставив право добровольно уйти из жизни, одним из них был Цукамото Сиро, которого сюда доставили в тяжелом состоянии. Сержант Идэ до последнего момента жизни Цукамото находился рядом с ним и потом доложил о его трагической смерти.

     В 22 часа я дал своим подчиненным распоряжение о том, что после отхода местом сосредоточения наших подразделений должны стать позиции 2-й  батареи 2-го артдивизиона 100-мм орудий (подразделение Хатакэяма) на мысе Мураками-саки. На обочине дороги сидел солдат, который держал в руке зажженную свечу, чтобы освещать нам дорогу. Он был ранен в живот, сам передвигаться не мог. Видно, как растаявший воск капал ему на руку, но он продолжал освещать дорогу, пытаясь помочь нашему отступлению. Нам только оставалось поблагодарить его и оставить, его фигуру я до сих пор не могу забыть.

     Выход из пещеры был накрыт бревнами и присыпан грунтом, поэтому когда вражеские солдаты проходили по насыпи, звук их шагов был хорошо слышен. Приходилось передвигаться так, чтобы не быть обнаруженным вражеским дозором. Чтобы определить движение дозора противника, я в одиночку вышел из укрытия. Как раз в это время за моей спиной послышались звуки шагов удаляющегося дозора. Пора! Я дал сигнал своим подчиненным, и, выскочив из укрытия, мы побежали в сторону гор. Сразу же после этого до нас донесся звук автоматных очередей. Если продолжать двигаться по дороге, то противник неизбежно бы обнаружил нас, поэтому мы быстро заскочили в сосновые заросли. Нам приходилось пробираться сквозь кустарники, корни которых, словно щупальца осьминогов, стелились по земле. Мы продолжали двигаться, словно в каком-то сне. Для меня это было мучительное движение, поскольку рана не давала покоя. К счастью, один из моих подчиненных помог мне, взвалив меня на спину, тащил до тех пор, пока мы не достигли мыса Мураками-саки.

Японское 105 мм орудие Тип 38 на юго-восточном склоне высоты 171 (послевоенное фото)

5575443-1.jpg

    Стояла кромешная тьма, но постепенно отходившие солдаты собирались на дороге.

     Когда мы подошли к казарме отряда Хатакэямы на мысе Мураками-саки, где-то в районе кухни показалось пламя костра. Мы подали голос, но в ответ молчание, хотя чувствовалось присутствие людей. Меня охватило беспокойство, вдруг противник добрался и сюда. Мы решили сразу покинуть это место, прошли по возвышенности Мураками, направились к равнине, по которой текла река Мори-гава. По пути нам встречались абсолютно безлюдные казармы, в одной из них мы решили остановиться и передохнуть, так как совсем выбились из сил. Я решил провести перекличку и выяснил, что среди солдат был один незнакомец. Я расспросил его, он сказал, что из состава отряда Мураками (имя не известно), его оставили, чтобы он покончил собой, но, стремясь спастись, он присоединился к нам для отхода. Он имел несколько огнестрельных ранений в грудь, но все раны были сквозные. Дышать ему было тяжело, ранения были тяжелые. Ему тут же сделали перевязку. Оставалось только удивляться, насколько же велика жизненная сила, если он смог добраться пешком от горы Сирэй до этой местности.

     Рано утром следующего 20-го числа прибежал караульный с сообщением: позади казармы находился крутой обрыв высотой примерно 4,5 метра, наверху которого обнаружился дозор противника. Судя по всему, они не смотрели под ноги и не обнаружили нас, но это уже линия соприкосновения с врагом. Я тихо разбудил дремавших бойцов и приказал немедленно отходить. На наше счастье мы так и ушли незамеченными и через несколько часов добрались до расположения своих войск. Далее мы направились во взвод Нагаи на горе Тэнсин, все мои бойцы влились  в состав этого взвода. Все радовались благополучному исходу. Здесь наконец-то завершилось сражение нашей батареи 100-мм орудий, которое возникло у горы Сирэй после окончания боевых действий.
 

Comments

( 17 comments — Leave a comment )
welder_history
Mar. 23rd, 2016 02:38 am (UTC)
"...противник применил базуки (ручные противотанковые гранатометы)..." - что имелось в виду???
exarchmk
Mar. 23rd, 2016 02:55 am (UTC)
Тут, судя по всему, японский "испорченный телефон" плюс ОБС. Другой японец пишет, к примеру, о "чешских автоматах, которые у них имели прозвище "мандолина"" бывших на вооружении наших бойцов. Угадайте что за ствол. :)
welder_history
Mar. 23rd, 2016 03:10 am (UTC)
Что-то с круглым диском, наверное??? :-)
Теряюсь в догадках... Почему чешский???

ППШ? Пистолет-пулемет Томпсона? ДП-27????
exarchmk
Mar. 23rd, 2016 03:42 am (UTC)
Да, ППШ дисковый. :)
Но и ДП тоже обзывали "чешским".
welder_history
Mar. 23rd, 2016 04:10 am (UTC)
Плохо было поставлено в армии обучение. Не знать вооружение противника :-)
livejournal
Mar. 23rd, 2016 03:38 am (UTC)
Здравствуйте! Ваша запись попала в топ-25 популярных записей LiveJournal восточного региона. Подробнее о рейтинге читайте в Справке.
Анатолий Кошкаров
Mar. 23rd, 2016 06:03 am (UTC)
На фото по ходу ,та пушка которая сейчас на Поклонной горе стоит.
exarchmk
Mar. 23rd, 2016 07:11 am (UTC)
Да, похоже та, что лежала у высот.
Анатолий Кошкаров
Apr. 7th, 2016 02:32 am (UTC)
А что за гора Тэнсин?
exarchmk
Apr. 7th, 2016 02:42 am (UTC)
Тендзин-яма, гора в западной части острова, если не ошибаюсь. Уточнять надо у аборигенов, на моих картах нет её точного положения.
Анатолий Кошкаров
Apr. 7th, 2016 02:50 am (UTC)
Все нашел ,где она на яповском плане,надо к нашей топокарте привязать.На нашей послевоенной генштаба гора называется Тэнкан отметка 150,7

Edited at 2016-04-07 02:56 am (UTC)
Анатолий Кошкаров
Apr. 7th, 2016 02:48 am (UTC)
много раз перечитывал,но так и не понял ,где находились орудия.В пещерах на горе Северная?И сколько их было?И причем здесь пещерные укрытия для 150 мм орудия,когда оно было стационарное и притом одно.Довольно сумбурный перевод.Но один момент очень интересен ,это расположение радиостанции на Футаго.Значит там были бункеры,или япы все таки путают и радиостанция была на отметке 170 ,где два бетонных бункера,так называемая Ниотай-сан.
exarchmk
Apr. 7th, 2016 03:12 am (UTC)
Нахождение орудие примерно понятно, благо известно место склада БК и того места где они у реки снаряды вываливали. И их путь отступления ясен. Там воспоминания тоже несколько неточны, на местности читаются более подробно.

Футаго это "Близнецы", две высоты рядом с в. 171. Вся эта группа высот и именуется у японцев Четырехгорьем (Сирейдзан), в. 165, в.171 и две высоты далее.
О том, что в том районе была мощная радиостанция есть и у Катагир. Радиолокатор там же был. Бункеры похоже от него.
Анатолий Кошкаров
Apr. 7th, 2016 03:30 am (UTC)
насчет высот я одним из первых пробовал их переводить это то я помню ,а вот по переводу чуток сомнения.
Анатолий Кошкаров
Apr. 7th, 2016 03:27 am (UTC)
Все фото которые я видел с бункерами обычно указывают высоту 171,а близнецы значительно дальше и западнее.Получается все таки одно 100мм располагалось подножия высоты 165 в дзоте,а остальные 3 на горе Тэнсин,так?если как по тексту
вырыты пещеры на южном склоне Нантай-сан это высота 165 с абразурами,то как же
они могли стрелять по пляжу,когда стволы смотрели на юг,или все же это были укрытия для орудий и потом их выкатывали на позиции ,разворачивали в сторону пляжа и перекидным огнем через высоту обстреливали наших?
exarchmk
Apr. 7th, 2016 04:08 am (UTC)
Надо на места работать по этой позиции. Пока складывается впечатление, что это была выемка в скале продолженная наружу насыпью и бревнами с входами под землю.
Позиция могла быть ближе к седловине между высотами. Там есть глубокий ход сообщения, вероятно ранее он был крытый. В общем без раскопок там сейчас точно не восстановишь картину произошедшего.
Анатолий Кошкаров
Apr. 7th, 2016 06:19 am (UTC)
насчет 500 кубов кажется они загнули
( 17 comments — Leave a comment )

Profile

Мина
exarchmk
exarchmk

Latest Month

November 2017
S M T W T F S
   1234
567891011
12131415161718
19202122232425
2627282930  
Powered by LiveJournal.com
Designed by Taylor Savvy