?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Из воспоминаний  старшины  Н.П.Панкратова, в период Курильской десантной операции  бывшего комсоргом сводного батальона морской пехоты ПВМБ. Высаживался в составе  отряда первого броска с задачей первым водрузить на острове Красное Знамя.
Его отряд вел бой на крайнем левом фланге десанта, имея Четырехгорье по правую руку, поэтому в воспоминаниях лишь мимолетное упоминание о высотах и о танковой атаке японцев.
Текст набран небрежно и так и был выпущен в сборнике, с ошибками и опечатками. Из сборника "Воспоминания  камчатцев - участников Великой Отечественной войны 1941-1945 гг. и войны с Японией".



Из фондов музея воинской славы


    Служить мне довелось в 50-й, а затем в 180-й артиллерийских дивизионах береговой обороны Петропавловской военно-морской базы старшиной группы комендоров.
    В 1944-м году был назначен комсоргом дивизиона. 15 августа 1945 года меня вызвал парторг дивизиона, старший лейтенант Быкасов. Он мне объяснил, что готовится морской десант на Курильские острова, срочно формируется сводный батальон морской пехоты.
    В его состав направляются лучшие из лучших, краснофлотцы, старшины и офицеры с кораблей и частей флотилии.
«Ты назначен комсоргом этого батальона морской пехоты, а я – парторгом этого батальона», – подчеркнул ст. лейтенант Быкасов.
    - Время на сборы и формирование отведено мало. Вместе будем создавать комсомольские группы. Подберем и представим начальнику политотдела КВМФ полковнику Смирнову на утверждение комсоргов рот, взводов. Участникам десанта немедленно начать разъяснять цели и задачи батальона по освобождению северной гряды Курильских островов. Перед посадкой на корабль тебе вручат Красное Знамя, которое ты должен водрузить на острове, как только зацепитесь за берег.
    Мы понимали, что работа по подбору комсоргов будет несколько затруднена, т.к. мы береговики, а в батальон были подобраны краснофлотцы и старшины с кораблей, которых мы не знали. Но в этом нам очень помогли помощник начальника политотдела по комсомольской работе ст. лейтенант Стрельцов и зам.командира батальона по политической части А.П.Перм.
В те дни до посадки на корабли работы было очень много. В каждой роте, взводе были назначены комсорги Додух, Колябин, Колчин, Нестеров, Сас, Медведев и другие.
    Вместе с коммунистами они проводили разъяснительную работу среди участников десанта.
    Еще раз просматривалось личное оружие, знакомились с товарищами. И до посадки на корабли мы уже четко знали задачи, способы и особенности десантной операции, со всеми проработали памятку о необходимости мер открытости (наверное все же секретности?), бдительности, сплоченности и дисциплины.
    Много работали вместе с нами офицеры штаба Стрельцов, Крившенко, Перм и другие.
17 августа была произведена посадка на корабли. Секретарь парткомиссии флотилии Крившенко вручил мне Красное Знамя, которое я должен был водрузить на острове.
    На десантном судне (бортовой номер 672), в котором мы разместились, было много знакомых – вместе проходили службу на батарее: старшина Белов, краснофлотцы Куликов, Сас, Лукьянов, Арзуманян, Медведев, Моторин, Сидоров и другие.
    Настроение у всех было хорошее, я бы сказал немного гордое. Каждый считал, что ему оказано высокое доверие командования.
Поход кораблей с базы до острова Шумшу проходил в сложных метеорологических условиях. Был густой туман, видимость плохая. Комсорги под руководством парторгов и командиров подразделений проводили беседы с краснофлотцами и старшинами. Командиры давали наставления, как вести себя при походе, высадке и в бою.
    Утром 18 августа примерно в 4 часа утра головной корабль ДС №672 подошел к острову Шумшу. Старшина Белов с группой десантников уже был готов к высадке. Наш корабль вплотную к берегу е подошел. Остановился примерно в 100-120 метрах от берега. Видимо, в этом месте было мелководье, глубина была небольшая, корабль имел большую осадку.
     Я бросился в воду, имея при себе автомат и знамя. Одежда намокла, отяжелела и мешала мне. Мне с трудом удалось выбраться на берег. Я сбросил шинель, остался в кителе. Бегом поднялся на бруствер. Стояла полная тишина. Я начал вкапывать в землю древко Красного Знамени. Вижу, к нашему кораблю слева и справа подходят еще два корабля с десантом.
    Вблизи я услышал выстрелы. Японцы открыли оружейный огонь. Пули меня не задели. Установил Красное Знамя, оно развевалось на берегу острова Шумшу.
    Вижу: с нашего корабля участники десанта (группа старшины Белова) прыгают в воду. Я облегченно вздохнул и подумал, помощь пошла.
    Наши корабли у берега открыли артиллерийский огонь по позициям японцев. Много снарядов летело трассирующих. Местность у берега хорошо освещалась. Четко вижу: группа японцев из 5 человек в 50-60 метрах от меня ползет к месту, где я только что установил Красное Знамя. Подпустив их ближе, я открыл автоматный огонь и бросил гранату Ф-1.
    Двое из этой группы побежали вглубь острова, а трое остались лежать убитыми. Из высадившихся кораблей ко мне подошла группа краснофлотцев. Наша группа двинулась вперед, чтобы овладеть высотами 171 и 165. Путь был нелегким. Позиции противника были сильно укреплены: оборудованы дотами, железобетонными укреплениями, окопами, траншеями. Ориентиры у них были пристреляны. Во что бы то ни стало, нужно было прорвать первую линию обороны японцев.
    Все воины нашей группы действовали смело и решительно. Подобравшись почти вплотную к японским укреплениям, мы забросали гранатами окопы, открыли огонь из автоматов и пулемета системы Дегтярева. Вначале японцы яростно сопротивлялись, но не выдержав нашего натиска, стали отступать, а точнее – бежать вглубь острова. Японская батарея открыла огонь по нашим позициям, но было поздно. Японцы бежали и мы ворвались в их окопы. Японцы потеряли убитыми 12 человек. В этой схватке снарядом был убит краснофлотец Сас, несколько позднее убит краснофлотец Лукьянов.
    Через час мы снова атакуем японцев, медленно продвигаемся вперед. Японцы подтянули силы до роты солдат и пошли на нашу группу атакой. Несмотря на их ярость, нам удалось сохранить занятые позиции. Мы их расстреливали почти в упор. Японцы отступили.
    К 12-13 часам дня 18 августа на нашем участке наступило затишье. В перерыве между боями в наше распоряжение (наверное таки расположение?) прибыл командир батальона майор Почтарев и приказал удерживать позиции, пока не придет подкрепление.
    У нас на исходе боеприпасы: осталось два магазина (диски к пулемету Дегтярев), несколько гранат и очень мало патронов. Метрах в 20-25 мы обнаружили оставленные при отступлении японцами три ящика мин и миномет, примерно 70 - 5-мм калибра. Мы их подобрали и использовали против японцев.
    Во второй половине дня к нам подошло подкрепление – рота пограничников. Японцы вновь организовали атаку на наши позиции, но успеха не имели.
   Рота пограничников ступила в бой. Японцы, неся большие потери, отступили.
    В этом бою у пограничников погиб один офицер.
    До утра 19 августа на наших позициях было относительно спокойно. Действовали только японские снайперы, умело маскируясь на местности. И нам очень трудно было вести с ними борьбу.
    Примерно в полдень 19 августа из японских окопов стали появляться белые флаги. Командир роты пограничников подобрал и направил в их расположение свою группу и одного офицера, и от нас – одного краснофлотца. Мы, считая, японцы будут сдаваться.   Но как только наша группа появилась в их расположении, японцы открыли по ним стрельбу.
    Умелыми действиями наша группа уничтожила много японцев, к вечеру вернулась в расположение роты. Мы поняли, что японцам верить не следует.
    Самураи еще несколько раз пытались атаковать и сбросить наш десант в море, но успеха не имели.
    Нам сообщили о действиях наших товарищей, которые наступали правее нас на высоту 171 (наша группа находилась левее и ближе к высоте 165). Наступление идет у них успешно, хотя японцы яростно сопротивляются, бросив в бой танки. Нам стало известно о подвиге Николая Вилкова и Петра Ильичева, которые для обеспечения продвижения своего подразделения вперед на высоте 171 повторили подвиг Александра Матросова. Это еще больше нас вдохновило драться с самураями до полной победы.
    23 августа 1945 года японцы капитулировали. Правда и после этого отдельные солдаты и группы японцев сопротивлялись, но организованное сопротивление японцев на всех позициях было прекращено. Затем наш батальон был перебазирован в японскую базу Катаока.
10.04.1976 г. (Подпись)  ВИМ 438